Осознанную учёбу начал в киевском политехническом институте (факультет радиоэлектроники, 1965-1980), где с 1968-го года работал лаборантом на хозтематике кафедры электронных приборов.

Там же, на кафедре электронных приборов, остался по распределению после защиты дипломной работы и проработал до 1980-го года. Параллельно учёбе в КПИ окончил институт патентоведения.

Рабочая тематика, заинтересовавшая меня в 1968-м году, не отпускала до 1989-го, когда я уволился из всесоюзного института противопожарной обороны с должности старшего научного сотрудника в звании майора внутренней службы (!) - не любили профессиональные пожарные в своих рядах специалистов, не пропахших дымом пожара. Да и мне не место было там, где основным требованием к сотрудникам было следующее:

"Сотрудник органов внутренних дел должен быть физически здоров и умственно ограничен"...

Результатом работы в этой тематике стали 12 авторских свидетельств на изобретения в области тепловизионной техники, одно незарегистрированное открытие в области физики твёрдого тела, хорошо спрятанное в одном из авторских свидетельств, несколько научных публикаций, самостоятельно освоенные языки программирования - Fortran, Algol, PL-1 и опыт планирования и постановки тонкого физического эксперимента.

До развала Союза поработал завсектором электроники в специальном конструкторском бюро института общей и неорганической химии как разработчик аппарата экстракорпоральной сорбционной очистки крови. 

В Украине под обломками Союза оказалось практически всё, что было связано с электроникой - под чутким наблюдением партийной верхушки оборудование эшелонами вывозилось, якобы на металлолом, ближним соседям. Начался период безработицы и погони за случайными заработками, неожиданно для меня закончившийся на должности главного конструктора отдела надёжности института проблем математических машин и систем (бывшего КБ института кибернетики). Среди достижений этого периода 2 научные публикации, аспирантура в области теории надёжности, опыт разработки баз данных на Foxpro и Access.

Но интерес ко всему необычному привел к смене места работы - я вдруг (!) оказался в частной медицинской фирме в роли разработчика программного обеспечения к аппарату медицинского назначения (!), конструктора этого аппарата и его изготовителя в одном лице. Правда, одному было скучно, и я пригласил своего друга детства помогать при сборке. Один из первых таких аппаратов моего изготовления уплыл в Антарктиду с первой украинской антарктической экспедицией и безотказно проработал там более 5-ти лет.

"Вдруг оказался" ничего не говорит по сути, а суть в том, что владельцем фирмы был очень интересный человек, тоже изобретатель («...мы с тобой одной крови»), который регулярно проводил некое подобие семинаров, на которых заранее заявившийся докладчик рассказывал о чем-нибудь своём, а владелец фирмы записывал рассказ и ответы на вопросы на видеокамеру. Бредовых докладов было хоть отбавляй, но скучных не припомню. Потом видеозаписи анализировались и из них черпались новые идеи.

"А у нас тут настоящий маг есть"...
"Ух ты! Познакомь!"
"Приходи в следующую субботу вечером"

Так я и познакомился с неординарным народным целителем...

Конечно, я напросился к нему в ученики!

Магия была продемонстрирована при первой же личной встрече. Пациент, с трудом наклонившись, чтобы развязать шнурки, лёг на кушетку, целитель, сидя в сторонке и что-то мурлыкая себе под нос, что-то куда-то вкручивал своими могучими ручищами, а я наблюдал (видел и чувствовал на ощупь!), как под моими пальцами снизу вверх вдоль позвоночника пациента двигается волна. Минут через 10 пациент обрёл способность свободно двигаться и даже наклониться, чтобы завязать шнурки на обуви. Этому стоило учиться!

В бесплатное обучение целитель брал на 3 месяца. Я задержался на 4 года, совмещая программирование, сборку аппарата (доработки и совершенствование продолжалось непрерывно) и учёбу у целителя. Мне, технарю с двумя высшими образованиями, было нелегко - я искал логику или подвох в этом процессе лечения и не находил. Через 3 месяца, отказавшись от безнадёжных поисков, я уже ему ассистировал. Это было необычное лечение – как только в дверях появлялся новый пациент, у меня сразу возникало представление, в каком месте организма у него проблема. Целитель расспрашивал пациента о проблеме и, как правило, со словами «Олег, работай!» выходил. И я, стоя в сторонке с закрытыми глазами, «работал» с мысленным образом проблемы. Через 20 минут пациент платил деньги целителю и удовлетворённый уходил. 

В народе это называют магией. Возможно, так и есть...

Через 4 года встал вопрос, что делать с теми знаниями и навыками, которые я приобрёл – можно было перебираться в какое-нибудь село под Киевом и спокойно и уверенно «шаманить». Ответ подсказала жена товарища (практикующий психотерапевт с дипломом института Драгоманова и, как и я, выпускница КПИ моего же факультета кафедры Диэлектрики и полупроводники) -

«Через 4 дня заканчивается приём документов в институт Драгоманова на заочное отделение факультета психологии – поторопись! Получишь диплом психолога и сможешь работать с людьми, просто название для своих услуг правильное придумаешь».

Успел. Оказалось очень интересно. Но уже ко второй сессии понял, что институт, требуя отчёт о практической психотерапевтической работе с клиентами, не только не предоставляет никакой экспериментальной базы, но и лекционный материал оказался больше декларативным, чем практичным. Обнаруженную пустоту удалось заполнить как бы случайно попавшей в поле зрения программой психотерапевтической подготовки с отчётливым практическим уклоном. Это оказалось ещё интереснее – то, что происходило в психотерапевтических сессиях с учениками на глазах у всех присутствовавших, было похоже на чудо. Магия продолжалась!

Обучение длилось более 10-ти лет. 

За это время сформировались навыки во время психотерапевтической сессии одновременно отслеживать позу, микродвижения, мимику, интонационную и смысловую динамику речи клиента, свои собственные эмоциональные и телесные реакции на события в сессии, умение быть одновременно включённым в эмоциональное поле клиента и как бы «экранированным» от его разрушительной силы. И при этом в зависимости от текущей ситуации менять тактику применения психотерапевтических интервенций.

Так в мою жизнь уверенно и прочно вошла гештальт-терапия - путь в психологию оказался извилистым и необратимым...
Так я перестал ходить в театр - фальш артистических реплик резала слух.
И скучно, скучно после психотерапии! 

И вот, однажды, как бы вдруг...

Та же жена того же товарища задала провокационный вопрос "А не хочешь попробовать поработать с ветеранами боевых действий?"

Это была мощная провокация... Так я оказался в Черниговской области в санатории Менский Остреч, аккредитованном в системе реабилитации ветеранов АТО, где быстро понял, что моей подготовки маловато. Её хватило на то, чтобы не разрушиться во время работы с клиентами, но специфика работы заключалась в том, что состав менялся непрерывно - кто-то уезжал, приезжали новые люди. Не только невозможно было организовать планомерную работу, но и расположить к себе клиентов.
"Щас опять по ушам ездить будет" - самое лояльное выражение отношения бойцов к психотерапевту.

Лихорадочно менял подходы из разных психотерапевтических направлений, пока не попробовал трансовые техники в Милтон-модели, и... через минуту клиент в глубоком спокойном сне БЕЗ ТАНКОВЫХ АТАК!
40 минут отдыха - о таком они даже не мечтали. Жестокая бессонница, заполненная флэшбэками из собственного боевого опыта, один из основных симптомов ПТСР. 
И... образовалась очередь.

Меня хватило на 2 недели. И после возвращения в Киев более полутора лет ушло на то, чтобы прийти в себя...

За это время прошёл подготовку в программе Фрэнка Пьюселика по работе с ПТСР а также курсы у его учеников "НЛП-практик" и "НЛП-мастер". Это было освобождение от клише, вброшенных ещё совковыми спецслужбами, о том, что НЛП это система манипуляций для выманивания денег.
На самом деле это система моделирования успешных людей, позволяющая повторять и тиражировать эту успешность.
И начиналось НЛП с моделирования создателя гештальт-терапии знаменитого Фрица Пэрлза...
А последняя из известных мне стадий развития НЛП - моделирование шаманских техник...
Как же они могли не попасть в круг внимания разработчиков НЛП? 

Так я получил возможность отслеживать манипуляции - мы все при общении с себе подобными манипулируем.
Так я получил возможность видеть не только сильные стороны моих учителей, но и ошибки.
Ведь у каждого из нас их множество, не правда ли?

Учитесь!